«Нерест-2026»: на страже хвостатой «гвардии» Татарстана

Весна — время обновления природы. Для нашего Мамадыша, богатого Камой и Вяткой, это еще и самый ответственный период — время нереста. Рыба идет на мелководье, чтобы дать жизнь новому поколению, и в этот момент она как никогда уязвима.

Правила игры для всех

Прежде чем рассказать о том, как проходят наши рейды, напомню главное. Согласно правилам рыболовства для Волжско-Каспийского бассейна, в Татарстане установлены четкие запретные сроки — в этом году они действуют до 5 июня.

Вводится полный запрет на промышленное рыболовство. Что касается любительского, то здесь тоже есть строгие ограничения. Разрешается только одна поплавочная или донная удочка с берега. И самое важное: общее количество крючков не должно превышать двух штук на одного гражданина. Никаких «резинок», «экранок» и, тем более, сетей.

Но, как говорится, закон суров, но это закон. Однако для некоторых наших сограждан слова «закон» и «совесть» оказались пустым звуком. Чтобы убедиться в этом, мы совместно с сотрудниками Государственного комитета по биологическим ресурсам Татарстана выехали в очередной рейд.

Первые десять минут и улов браконьеров

Выезжаем на акваторию. Проходит буквально 10 минут. Вода еще мутная, ветер холодный, но взгляд опытного специалиста уже замечает неладное. Темный шнур, едва заметные поплавки в камышах.

— Вот она, первая, — кивает инспектор.

Речь идет о сети. Браконьерская снасть растянута на десятки метров. В ячейках бьется рыба. Специалисты действуют быстро и профессионально: сеть изымается, а рыба, пока она еще жива, аккуратно выпускается обратно в воду.

Это не единичный случай. Как мне рассказали в ходе рейда специалисты, такие выезды проходят еженедельно. И статистика пугает. Только за одну неделю стражи порядка находят в среднем около десяти таких сетей. А сколько остается на дне там, куда не добрался патрульный катер?

«Сто килограммов леща»: история прошлого года

Пока мы освобождаем чехонь и окуня из очередной ячейки, я вспоминаю разговор со специалистом комитета по биоресурсам Зуфаром Мингазовым. Этот человек видел многое, но даже его поражают масштабы жадности некоторых «рыбаков».

Зуфар Динмухаметович поделился с нами случаем с прошлого года, который запомнился ему особенно ярко. Выехав на реку Вятку, инспекторы обнаружили сеть. Когда они начали ее выбирать, конца и края снасти не было. Длина составила более 60 метров. Это не рыбалка, это промышленное истребление.

— Когда мы вытащили сеть, катер буквально сел глубже в воду. Там был лещ. Лещ огромный, отборный, — вспоминал он. — Каждая рыбина тянула по полтора килограмма. Итого — более 100 килограммов ценной рыбы, которую этот «горе-рыбак» хотел просто продать. Икра была бы уничтожена вместе с маточным поголовьем. Если бы не рейд, на следующий год у нас было бы на сотни тысяч мальков меньше.

Сегодняшний наш улов скромнее по весу, но не по значению. Мы спасли несколько десятков особей чехони и окуня. И каждый спасенный хвост — это вклад в завтрашний день республики.

Не только ловить, но и создавать

Поразительно, но работа специалистов госкомитета не ограничивается только изъятием сетей и поимкой браконьеров. У этих людей есть вторая, созидательная миссия.

Сегодня мы стали свидетелями того, как специалисты устанавливают вдоль береговой линии сосновые ветки. Эти пушистые «елки», связанные в пучки, опускаются в воду. Это искусственные нерестилища. В ветвях деревьев безопасно откладывать икру, их не смывает течение, и мальку будет где укрыться от хищников.

Вот она, настоящая экология: одних ловим за руку с сетью, а другим — рыбе — помогаем выжить.

Операция «Нерест-2026» продлится до 5 июня. Рейды продолжаются. Нарушителям стоит помнить: штрафы выросли, а уголовная ответственность за браконьерство в период